к.п.н., в.н.с., доцент
PhD in Psychological sciences, leading research associate, associate professor
д.м.н., гл.н.с.
MD, PhD, chief research associate
д.м.н.
MD, PhD
Аспирант
MD, PhD candidate
к.м.н., в.н.с.
MD, PhD, leading research associate
Актуальность. Инсулинорезистентность (ИР) в настоящее время активно исследуется специалистами различного профиля. Перспективным представляется изучение роли стресса в формировании ИР.
Цель. Изучение ассоциаций ИР с личностными стресс-модераторами (самоотношением, локусом контроля, стратегиями совладания), а также с образом жизни.
Методы. В исследование были включены 63 пациента (средний возраст 48,2±11,7), из них 16 мужчин. У 26 из них был диагностирован сахарный диабет 2 типа (СД2), у 10 – нарушенная толерантность к глюкозе (НТГ), у 6 – нарушенная гликемия натощак (НГН), у 21 на момент включения результаты перорального глюкозотолерантного теста соответствовали норме. Определяли уровень гликированного гемоглобина HbA1c и коэффициент ИР с использованием HOMA (homeostasis model assessment). Для оценки личностных стресс-модераторов использовались валидные опросники, широко применяемые в психологических исследованиях.
Результаты. Выявлены значимые связи между ИР и личностными стресс-модераторами. Позитивное самоотношение сопряжено с уменьшением риска развития ИР (p<0,05), что можно объяснить снижением риска возникновения стресса. Ассертивная (настойчивая) стратегия совладания наиболее выражена у обследуемых с низкой ИР (p<0,05). Личностные характеристики также могут влиять на формирование образа жизни человека, его пищевые привычки, физическую нагрузку и, как следствие, вероятно, на ИР. Обнаружены связи между высоким уровнем ИР и «нездоровыми» алиментарными предпочтениями (p<0,05). Такие предпочтения оказались ассоциированы также и с личностными характеристиками, в частности внешним локусом контроля (экстернальностью), менее позитивным самоотношением, пассивными стратегиями совладания (p<0,05). Для обследуемых с высокой ИР нехарактерны регулярные физические нагрузки. При этом обнаружена прямая корреляция частоты физических нагрузок и ассертивной стратегии совладания (p<0,01). Пол и возраст в выборке не демонстрируют связи с ИР. Семейные люди имеют более высокий уровень ИР (p<0,05).
Заключение. Выявлена значимая связь между ИР и личностными стресс-модераторами, в число которых входят самоотношение и стратегии совладания. Помимо прямого влияния на уровень стресса, личностные черты могут оказывать на ИР и косвенное влияние, во многом определяя образ жизни человека, в частности особенности питания и физическую активность. Тот факт, что состоящие в браке имеют более высокий уровень ИР, может быть трактован неоднозначно и нуждается в дальнейшем исследовании.
Background. Recently, insulin resistance (IR) has been actively investigated by experts in various fields. Here we aim to study the effect of stress on the development of IR.
Objective. To study the associations between IR and personal stress moderators (self-attitude, locus of control and coping strategies) as well as the related performance lifestyles.
Methods. The study included 63 patients (16 men; mean age, 48.2 ± 11.7 years). Of these participants, 26 were diagnosed with type 2 diabetes mellitus, 10 with impaired glucose tolerance, 6 with impaired fasting glucose and 21 with normal glucose tolerance. The levels of HbA1c and IR ratio were determined using HOMA. Well-known psychological assessment questionnaires were used to assess the effect of personal stress moderators.
Results. There was a significant relationship between IR and personal stress moderators. A positive self-attitude was associated with a lower risk of IR (p < 0.05), which can be explained by a decrease in the risk of developing stress. Assertive coping strategies were most pronounced in subjects with a low level of IR (p < 0.05). Personal characteristics also determined an individual’s lifestyle, which may have an impact on the increase in IR. There was an association between high levels of IR and unhealthy alimentary preferences (p < 0.05). Such preferences were also associated with personal characteristics, such as external locus of control, less positive self-attitude and passive coping strategies (p < 0.05). People with high IR rarely engage in a regular physical activity; there was a direct correlation between the frequency of physical activity and assertive coping strategies (p < 0.01). Married participants had high levels of IR (p < 0.05).
Conclusion. There were significant relationships between IR and personal stress moderators, such as self-attitude and coping strategies. Besides the direct effects on stress levels, personality traits may also indirectly increase the risk of IR by influencing the individual’s lifestyle. There is a need to investigate the fact that married people have higher levels of IR.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.