Ушанова Фатима Омариевна, к.м.н., ассистент
117997, г. Москва, ул. Островитянова, д. 1
Fatima O. Ushanova, MD, PhD, Assistant
1 Ostrovitianov street, 117997 Moscow
Демидова Татьяна Юльевна, д.м.н., профессор
Scopus Author ID: 7003771623
г. Москва
Tatiana Y. Demidova, MD, PhD, Professor
Scopus Author ID: 7003771623
Moscow
Короткова Татьяна Николаевна, к.м.н.
г. Москва
Tatiana N. Korotkova, MD, PhD
Moscow
ОБОСНОВАНИЕ. Распространенность гестационного сахарного диабета (ГСД) стремительно растет, вместе с чем меняется типичный портрет беременной с данным заболеванием. Частое выявление ГСД на ранних сроках беременности обусловливает высокий интерес к изучению новых механизмов его развития.
ЦЕЛЬ. Оценка состояния инкретинового ответа, основанного на анализе секреции глюкагоноподобного пептида 1 типа (ГПП-1), глюкагона, инсулина и С-пептида, у беременных с разным сроком развития ГСД.
МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ. Одноцентровое проспективное сравнительное неконтролируемое исследование, включавшее беременных с ГСД, разделенных на 2 группы в зависимости от срока развития заболевания: 1-я группа — беременные, которым диагноз установлен на сроке <24 нед гестации (n=65), 2-я группа — на сроке ≥24 нед гестации (n=26). Всем пациентам проводился комплекс диагностических мероприятий, включавший нагрузочный тест с определением ГПП-1, глюкагона, инсулина, С-пептида до и после смешанного завтрака, оценку инсулинорезистентности. Части беременных с ГСД произведен мониторинг глюкозы с применением системы FreeStyle Libre Flash (Abbott Diabetes Care Ltd., UK).
РЕЗУЛЬТАТЫ. Общая численность исследуемых — 91 пациентка. Средний возраст составил 32,05±5,6 (ДИ 95% 30,9; 33,2) года. Беременные обеих групп были сопоставимы по возрасту, массе тела и уровню гликемии на момент установки диагноза. Базальный уровень инсулина крови в общей группе составил 7,2 [4,9; 12,1] мкМЕ/мл, С-пептида — 1,5 [1,2; 2,2] нг/мл, глюкагона — 70,1 [56,2; 100,0] пг/мл, ГПП-1 — 1,16 [0,94; 1,22] нг/мл. У 31% женщин показатель HOMA-IR составил ≥2,7. Базальный уровень глюкагона был достоверно выше в группе раннего развития ГСД: 70,9 [57,7; 109,2] пг/мл против 61,7 [46,6; 87] пг/мл, р=0,04. В обеих группах беременных снижение секреции глюкагона не было статистически значимым, у большинства отмечался парадоксальный прирост секреции глюкагона. При оценке динамики ГПП-1 достоверный прирост показателя выявлен только в 1-й группе: Δ ГПП-1 0,15 [-0,07; 0,96], p<0,01. Во 2-й — динамика показателя оказалась статистически не значимой (р=0,2). Выявлена отрицательная корреляция прироста ГПП-1 с MAGE (r=-0,4, p<0,05), индексом лабильности гликемии LI (r=-0,4, p<0,05) и J-индексом (r=0,4, p<0,05).
ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Установлено сохранение физиологической секреции инсулина и С-пептида в виде удовлетворительного прироста показателей после пищевой нагрузки. Выявлено нарушение постпрандиального подавления секреции глюкагона. Прирост ГПП-1 в ответ на пищевую нагрузку был нарушен в случае развития ГСД на сроке беременности ≥24 нед.
© Fatima O. Ushanova1*, Tatiana Y. Demidova1, Tatiana N. Korotkova2
1Pirogov Russian National Research Medical University, Moscow, Russia
2Federal Research Centre of Nutrition, Biotechnology and Food Safety, Moscow, Russia
BACKGROUND: The prevalence of gestational diabetes mellitus (GDM) is growing rapidly, along with which the typical portrait of a pregnant woman with this disease is changing. Frequent detection of GDM in the early stages of pregnancy causes a high interest in the study of new mechanisms of its development.
AIM: Evaluation of the state of the incretin response based on the analysis of the secretion of GLP-1, glucagon, insulin and c-peptide in pregnant women with different periods of GDM development.
MATERIALS AND METHODS: A single-center prospective comparative uncontrolled study that included pregnant women with GSD, divided into 2 groups depending on the duration of the disease: group 1 — pregnant women who were diagnosed at <24 weeks of gestation (n=65), group 2 — at ≥24 weeks of gestation (n=26). All patients underwent a set of diagnostic measures, including a stress test with the determination of GLP-1, glucagon, insulin, c-peptide before and after a mixed breakfast, and an assessment of insulin resistance. Glucose monitoring was performed for pregnant women with GSD using the FreeStyle Libre Flash system (Abbott Diabetes Care Ltd., UK).
RESULTS: The total number of subjects was 91. The average age was 32.05±5.6 (95% CI 30.9; 33.2) years. Pregnant women of both groups were comparable in age, body weight and glycemic level at the time of diagnosis. The basal blood insulin level in the general group was 7.2 [4.9; 12.1] µme/ml, C-peptide — 1.5 [1.17; 2.24] ng/m, glucagon — 70.1 [56.2; 100] pg/ml, GLP-1 — 1.16 [0.94; 1.22] ng/ml. In 31% For women, the HOMA-IR index was ≥2.7. The basal level of glucagon was significantly higher in the group of early development of GSD: 70.9 [57.7; 109.2] pg/ml versus 61.7 [46.6; 87] pg/ml, p=0.04. In both groups of pregnant women, the decrease in glucagon secretion was not statistically significant, most had a paradoxical increase in glucagon secretion. When assessing the dynamics of GPP-1, a significant increase in the indicator was detected only in the 1st group: Δ GPP-1 0.15 [-0.07; 0.96], p <0.01. In the second, the dynamics of the indicator was not statistically significant (p=0.211). Negative correlation of the increase in GLP-1 with MAGE (r=-0.34, p<0.05), glycemic lability index LI (r=-0.4, p<0.05) and J-index (r=0.44, p<0.05) was revealed.
CONCLUSION: The preservation of the physiological secretion of insulin and c-peptide in the form of a satisfactory increase in indicators after a food load was established. A violation of postprandial suppression of glucagon secretion was revealed. The increase in GPP-1 in response to food loading was disrupted in the case of the development of GSD during pregnancy ≥ 24 weeks.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.